akula_dolly (akula_dolly) wrote,
akula_dolly
akula_dolly

Categories:

15 мая

15 мая - важный день для мировой истории и для меня лично. Много событий произошло в этот день - в том числе роковая свадьба австрийской принцессы Марии Антуанетты и будущего злополучного короля Франции Людовика XVI. Черный камень . Цусимский разгром русского флота. Черный камень.  Родился Иван Иванович Пущин, друг Нашего Всего - белый камень, достойный был человек. Родился Виктор Михайлович Васнецов, великий  русский прерафаэлит, белый камень. И много еще разного знаменитого народа - Пьер Кюри, Артур Шницлер - это ладно, обойдемся. А вот и лично для меня радость:
1856 — Лаймен Фрэнк Баум (Lyman Frank Baum) (ум. 1919), американский писатель, автор «Волшебника Изумрудного города».
По каковому случаю выкладываю отрывок из моего ненапечатанного перевода - главу из повести Баума "Дороти и Волшебник в Стране Оз". Поросята, о которых идет тут речь - мелкие, величиной с крыску, принадлежат Волшебнику, одного он подарил Озме. Эврика - белый котенок, принадлежащий Дороти. Озма - принцесса, правительница Страны Оз..

Глава 19

Новый фокус Волшебника


К трем часам в большом тронном зале дворца собралось множество народа – мужчин, женщин и детей. Всем хотелось присутствовать на таком редком событии, как судебное заседание.
Принцесса Озма в самых нарядных своих одеждах восседала на великолепном изумрудном троне, держа в руке драгоценный скипетр. На голове ее блистала корона. За троном выстроилась полукругом вся армия в количестве двадцати восьми человек и множество придворных. По правую руку принцессы стояла скамья для присяжных заседателей, на которой сидели все девять избранников, очень торжественных и серьезных Они приготовились внимательно слушать речи обвинителя и защитника.
Перед троном поставили клетку с подсудимой. Эврика сидела и посматривала по сторонам с видом полного спокойствия.
По знаку, данному Озмой, обвинитель поднялся и начал свою речь. Жужелиус держался, как всегда, напыщенно, и каждое его движение было исполнено самодовольства.
– Ваше королевское высочество! – начал он. – Дамы, господа и животные! Граждане! Белый котенок, которого вы видите перед собой, обвиняется в чудовищном преступлении – съедении поросенка, принадлежащего нашей уважаемой правительнице. Такое преступление заслуживает суровой кары – вернее, говоря языком науки, кары, соответствующей характеру преступления.
– Вы что же, предлагаете нам теперь съесть Эврику? – спросила Дороти.
– Не перебивай меня, девочка, – сурово сказал профессор. – Я немало потрудился, чтобы привести свои мысли в должный порядок, и нечего вносить в них путаницу.
– Если ваши мысли чего-то стоят, их не запутаешь, – сказал Страшила. – Вот у меня, например, мысли…
– Мы тут мысли судим или котят? – перебил Жук.
– Не котят, а одного-единственного котенка, – поправил Страшила. – Вы сами-то нас не путайте.
– Прошу господ присяжных не перебивать речь обвинителя, – вмешалась Озма. – Продолжайте, профессор.
– Обвиняемая, которая в данный момент умывается в клетке, – продолжал Жужелиус, – давно имела намерение в нарушение всех законов съесть поросенка, что объясняется как его выдающейся жирностью, так и малыми размерами, напоминающими таковые мыши серой домашней или же полевой. И вот наконец настал момент, когда это порочное чудовище удовлетворило свою преступную страсть к свинине. Я так и вижу умственным взором, как она…
– Чем-чем видите? – перебил Страшила.
– Умственным взором.
– У ума нет никакого взора, – сказал Страшила. – Я это знаю как никто другой, потому что у меня, например, ум…
– Ваше высочество! – возопил профессор, обращаясь к Озме. – Есть у моего ума взор или нет?
– Вам лучше знать, – ответила Озма.
– Вот именно. Благодарю вас. Так вот: я так и вижу умственным взором, как преступница незаметно пробирается в кабинет нашей принцессы, прячется там, дожидаясь ухода нашей досточтимой правительницы, а затем, оставшись наедине с беззащитной жертвой, то есть упомянутым жирным поросенком, бросается на это невинное создание, вонзает в него когти и…
– И все это вы видите умственным взором? – снова перебил Страшила.
– Каким же еще? Да и без взора ясно, что иначе быть не могло. Ведь поросенок пропал!
– А если бы кошка пропала? Тогда вы видели бы умственным взором, как поросенок вонзает в нее когти? – спросил Страшила.
– Вполне возможно, – согласился профессор. – Так вот, граждане и животные, я утверждаю, что описанное кошмарное преступление заслуживает пожизненного одиночного заключения в подходящем подвальном помещении дворца, где преступница должна находиться в клетке и получать продовольствие в количестве одной черствой корки хлеба в день. Я кончил, спасибо за внимание.
Раздались аплодисменты. Профессор важно уселся. Принцесса строго спросила:
– Подсудимая, что вы можете сказать в свое оправдание? Признаете ли вы себя виновной?
– При чем тут мое признание? – ответила Эврика. – Ваше дело доказать, что я виновна. Если докажете – тогда сажайте в подвал и кормите черствыми корками, пожалуйста. А умственный взор вашего профессора – не доказательство, потому что ума у него нет.
Теперь настала очередь Железного Дровосека. Он поднялся и сказал:
– Уважаемые присяжные и дорогая Озма! Я прошу вас отнестись к этому бедному котенку с сочувствием и пониманием. Не будем к ней слишком строги. Подумайте сами, неужели она могла совершить преступление? Эта милая киска принадлежит нашей дорогой Дороти, которую мы все любим, и всегда была ласковой и послушной. Посмотрите в ее ясные и невинные зеленые глазки! (Тут Эврика нарочно закрыла глаза, притворяясь, что спит). Оцените ее кротость! (Эврика зашипела и оскалилась, показав острые зубы). Взгляните на ее нежные бархатные лапки! (Эврика выпустила когти и стала царапать прутья своей клетки). Неужели такое милое животное может быть виновно в съедении другого милого животного? Нет, нет и еще раз нет!
– Ладно, закругляйся! – сказала Эврика. – Разболтался тут!
– Я же тебя защищаю! – обиделся Дровосек.
– Тогда дело говори, а не ерунду, – проворчала киска. – Скажи, что я не такая дура, чтобы слопать этого несчастного свиненка, отлично зная, что из-за этого поднимется ужасный шум! Если бы я могла его съесть так, чтобы никто не узнал – дело другое. На вкус он, наверное, неплох.
– Скорее всего, – согласился Дровосек. – Я-то, правда, не могу судить о вкусе свинины, потому что вообще ничего не ем, но вот один великий поэт сказал:
Где моя большая ложка?
Я хочу поесть немножко.
Подавайте отбивную
С жареной картошкой!
Принимая во внимание все сказанное, прошу вас, друзья присяжные, оправдать котенка Эврику, снять с нее несправедливое обвинение и вернуть ей свободу!
И Железный Дровосек сел на место. Аплодировать ему никто не стал – его доводы в защиту Эврики публике показались неубедительными. Что касается присяжных, то они несколько минут шепотом посовещались между собой, после чего предоставили слово Голодному Тигру. Громадный хищник неторопливо поднялся и заговорил:
– У котят, в отличие от меня, нет совести, поэтому они едят все, что им хочется. Присяжные полагают, что белый котенок по имени Эврика виновен в съедении поросенка, принадлежащего принцессе, и рекомендуют суду приговорить означенного котенка к пожизненному заключению.
В зале раздались громкие аплодисменты. Дороти горько заплакала. Принцесса уже повернулась к военным, чтобы приказать им отнести клетку с котенком в подвал, как Железный Дровосек снова поднялся с места и сказал:
– Ваше высочество, уважаемые присяжные ошиблись. Киска не ела вашего поросенка. Вот он!
Он снял свою шляпу-воронку, достал из нее крошечного белого поросенка и высоко поднял его, чтобы всем было видно.
Озма ужасно обрадовалась и воскликнула:
– Давай его сюда скорее, Ник!
Все снова захлопали в ладоши. На этот раз люди радовались тому, что Эврика оказалась невинной и ее отпустят на свободу.
Нежно прижав к груди малыша, принцесса приказала:
– Выпустите Эврику из клетки! Она больше не подсудимая! Прости нас, Эврика! Где ты нашел моего поросенка, Ник?
– В коридоре поймал, – соврал Дровосек.
– Какая опасная вещь правосудие, – вздохнул Страшила. – Не найди Ник поросенка, бедная Эврика навеки осталась бы в клетке.
– Но ведь справедливость в конце концов восторжествовала, – сказала Озма. – Поросенок со мной, а Эврика свободна!
– Я отказываюсь выходить из клетки, – заявила Эврика. – Пусть сначала Волшебник покажет фокус с восемью поросятами. Если окажется, что у него поросят только семь, значит, это не тот поросенок, который пропал, а другой.
– Эврика, молчи! – сказал Волшебник свистящим шепотом.
– Эврика, не упрямься! – рассердился Дровосек. – А то пожалеешь!
– У принцессиного поросенка был изумрудный ошейник, – упрямо продолжала киска.
– И в самом деле! – воскликнула Озма. – Это не тот поросенок, которого мне подарил Волшебник.
– Ясное дело, не тот, – подтвердила Эврика. – У Волшебника их было целых девять, причем он, жадина-говядина, не разрешал мне съесть хоть одного. Но теперь, когда ваш дурацкий суд закончился, я, пожалуй, Озма, тебе скажу, куда делся твой поросенок.
При этих словах в тронном зале мгновенно воцарилась полная тишина. Все затаили дыхание, а киска спокойно, слегка посмеиваясь, продолжала:
– Признаюсь, что мне действительно хотелось позавтракать поросенком. Поэтому я пробралась в комнату принцессы и спряталась под стулом. Потом Озма вышла, закрыв за собой дверь. Поросенок сидел на столике. Я мгновенно прыгнула туда и велела поросенку молчать и не визжать, потому что больно ему не будет – я съем его мгновенно. Но он оказался очень глупым и, вместо того, чтобы спокойно оставаться на месте и дать мне себя съесть, мало того что поднял визг, но еще и дрожать начал, как листок на ветру. Поэтому он свалился со стола и упал в стоящую на полу вазу. У этой вазы низ широкий, а горлышко очень узкое. Поросенок в нем застрял, и я уже думала, что все-таки он мне достанется, но он стал извиваться и протискиваться внутрь, продолжая визжать изо всех сил, пока наконец не упал на дно. Там он, я думаю, сейчас и сидит.
Этот рассказ поразил всех до глубины души. Озма немедленно послала одного из офицеров в свой кабинет за вазой. Когда посланный вернулся, Озма заглянула в узкое горлышко и действительно увидела на дне пропавшего поросенка в изумрудном ошейнике.
Достать его оттуда, не разбивая вазы, было невозможно, поэтому Железный Дровосек взмахнул топором и стукнул по тонкому фарфору. Ваза разлетелась на куски. Поросенок был свободен.
Под громкие аплодисменты и восторженные восклицания присутствующих Дороти обняла Эврику.
– Киска моя, как я рада, что ты ни в чем не виновата! – воскликнула она. – Но почему же ты сразу не сказала нам, как было дело?
– А мне было интересно поглядеть на суд, – ответила, зевая, киска.
Озма отдала Волшебнику лишнего поросенка, а своего поспешила унести к себе в кабинет. Горожане разошлись по домам, очень довольные интересно проведенным днем.

Tags: Страна Оз
Subscribe

  • Сказки Р. П. Томпсон

    Некоторые мои переводы на инфанате: Капитан Несалага Кабампо Королевская книга UPD. Приношу извинения за некоторые корректорские ошибки в…

  • 14 июля

    14 июля - день богатый событиями. Во-первых, как сказано, в этот день родился наш великий поэт Гаврила Романович Державин. Это большой праздник. Для…

  • Страна Оз

    Тыквоголовый Джек и Деревянный Конь В одной из комнат пышного дворца, стоящего посреди знаменитого Изумрудного Города, висит волшебная картинка.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • Сказки Р. П. Томпсон

    Некоторые мои переводы на инфанате: Капитан Несалага Кабампо Королевская книга UPD. Приношу извинения за некоторые корректорские ошибки в…

  • 14 июля

    14 июля - день богатый событиями. Во-первых, как сказано, в этот день родился наш великий поэт Гаврила Романович Державин. Это большой праздник. Для…

  • Страна Оз

    Тыквоголовый Джек и Деревянный Конь В одной из комнат пышного дворца, стоящего посреди знаменитого Изумрудного Города, висит волшебная картинка.…