akula_dolly (akula_dolly) wrote,
akula_dolly
akula_dolly

Categories:

Кое-что проясняется -

как минимум мы узнаем, кому достанутся двести тысяч  выкупа.

                                      
           * * *

Примерно в полдень в моем гостиничном номере зазвонил телефон. Это был Майк.

— Я приготовил двести тысяч и вот жду от них известий. Пока ничего.

— Скорей всего, до наступления темноты деньги ваши будут при вас. Когда появилось объявление?

— В одиннадцатичасовом выпуске сегодня утром.

— Они позвонят вечером, причем в самую последнюю минуту. У вас уже не останется времени, чтобы что‑то придумать.

— Да ничего я не собираюсь придумывать, — мрачно произнес Ниланд. — Хватит. Со всем этим пора кончать.

— Позвоните мне, как только эти парни выйдут на вас.

Прошло немало времени, прежде чем Ниланд снова позвонил. Было уже часов десять вечера.

— Они только что со мной связались.

— По телефону?

— Нет. Телеграммой. — Он издал сдержанный смешок. — Текст выглядит вполне безобидно. Слушай: «Наведаюсь за своим пакетом на перекресток Пятьдесят Седьмой и „Си‑Си“ сегодня в одиннадцать вечера».

Я подождал до, четверти одиннадцатого и затем поехал к Фитцу.

 

* * *

 

Поднявшись на третий этаж, я тихонько постучал в дверь под номером тридцать один. Вряд ли от Фитца можно было ожидать, что он по вечерам будет сидеть дома, особенно по таким вечерам, как этот, — но лишний раз убедиться в его отсутствии мне не мешало.

Не дождавшись ответа,, я немного повозился со своей связкой ключей и наконец нашел один, которым и отпер дверь.

Вновь заперев ее за собой изнутри, я включил свет.

Это было скромное однокомнатное жилье с крошечной кухонькой и ванной. Продавленная кровать с ворохом постельного белья занимала едва ли не всю комнату. Телефонный аппарат, стоявший на столике у окна, почти полностью был завален многочисленными программками скачек. В кухне было полно грязной посуды, а на стенах ванной комнаты красовались подтеки недельной давности.

Я выключил свет, уселся на неприбранную постель и закурил сигарету.

Допустим, вам требуется, чтобы кто‑то принес вам пакет с двумястами тысячами долларов. Естественно, вы не станете в поисках подходящей кандидатуры листать телефонную книгу. Вы подберете такого, человека, который согласился бы выполнить вашу работу и при этом не выказывал бы ни малейшего любопытства. Иными словами, это должно быть лицо, уже привыкшее к выполнению поручений без нарушения заранее предписанных инструкций.

Вы станете искать такого человека в тех местах, где он чаще всего бывает, — он и его друзья. Конечно же, вы изменяете свое имя. Теперь вы уже не Сэм Гордон, а Эрни Уоллис. Так? Вы играете с этими людьми на бильярде, прислушиваетесь к их разговорам. И наконец, возможно, по прошествии нескольких недель, вы останавливаете свой выбор на одном из них.

Случилось так, что сначала вы воспользовались услугами Банни. Но Банни накрывают, и он выбывает из игры.

Теперь вам предстоит во второй раз попытать счастья. Сумма довольно кругленькая. Рисковать и полагаться на помощь абсолютно незнакомого вам человека, какого‑нибудь мальчика‑рассыльного, вы просто не можете. Поэтому вы вновь возвращаетесь к Бену и Фитцу.

Бена нет на месте (если верить тому типу, что говорил со мной по телефону из бильярдной Свенсона). Значит, остается Фитц.

Интересно, чьи же это пальчики приходили по почте к Ниланду? Какого‑нибудь уличного бродяги? Человека, которого никто не хватится, даже если его будут, резать на части? Или, может, это были пальцы Бена Грейди? Вот уж не повезло парню... Потому‑то его в последнее время никто не видел у Свенсона:

В одиннадцать тридцать телефон тихо замурлыкал.

Подняв трубку, я произнес:

— Фитц.

— Пакет при тебе? — услышал я чей‑то шепот. Чувствовалось, что Гордон с ума сходит от нетерпения.

— Да, — ответил я.

На несколько секунд воцарилось молчание.

— Все прошло без проблем?

— Без.

— Хвоста за тобой не было?

— Нет.

Выходит, Гордон не следил за тем, как произошла передача пакета. На этот раз он избрал иную тактику. Помолчав еще немного, на том конце провода сказали:

— Теперь бери пакет и вези его к Северо‑Западному железнодорожному депо. Жди у билетных касс.

Я старался говорить как можно более бесстрастно в надежде на то, что мой голос будет принят за голос Фитца.

— Вы придете туда?

— Не исключено. Или тебе туда позвонят и скажут, куда отправляться дальше.

Поскольку в трубке все время звучал шепот, голос говорящего различить было невозможно. Но я и не очень надеялся сделать это: Гордона‑то я никогда не видел и голоса его знать не мог.

— Ну, я пошел, — проговорил я, даже не шевельнувшись с места.

На том конце повесили трубку.

Теперь я достаточно ясно представлял себе, что должно произойти вскорости. Возможно, Гордон и в самом деле подъедет к депо, но это вряд ли. Скорей всего, туда снова позвонят и прикажут Фитцу отвезти чемоданчик в какое‑нибудь другое людное место, и там уже Гордон возьмет у него деньги. Но более вероятно, что Фитца станут довольно долго гонять с места на место, и где‑нибудь в конце этого марафона его будет поджидать Гордон — к тому времени он полностью убедится в том, что за Фитцем никто не следит.

Я зажег новую сигарету и настроился ждать.

В полдвенадцатого послышался звук шагов, затем в замочную скважину вставили и повернули ключ. Я прошел в ванную и появился оттуда только тогда, когда загорелась лампочка и дверь была закрыта изнутри.

У Фитца челюсть отвалилась, как только он увидел меня с револьвером тридцать восьмого калибра в руке.

— Только без шума, — произнес я, — и все будет в полном порядке.

Впрочем, Фитц вряд ли был способен произвести в этот момент какой‑либо шум. Взгляд его был прикован к стволу, к самому дулу.

— Положи‑ка чемоданчик на кровать.

Он посмотрел на свою ношу так, будто впервые ее видел. И быстро выполнил мой приказ.

— Тебе известно, что там внутри? — спросил я.

Он не заставил ждать с ответом:

— Нет, сэр. Понятия не имею. Меня это не касается.

— Чемодан, кстати, заперт?

— Да, сэр. Но я бы в любом случае не стал заглядывать...

Я быстренько обыскал его, опасаясь, не вооружен ли он. И только после этого убрал свой револьвер. В случае необходимости я без труда мог справиться с этим парнем голыми руками.

— Успокойся.

— Да, сэр.

Такие, как он, всегда предельно вежливы в беседе, когда напуганы.

Достав перочинный нож и вынув оттуда отвертку, я занялся чемоданом. Мне необходимо было убедиться в том, что там лежат деньги, прежде чем я сделаю следующий шаг. Не терплю понапрасну тратить силы или действовать вслепую.

Наконец я взломал замок и откинул крышку. Все было на месте — двести тысяч долларов в аккуратненьких пачках. У Фитца чуть глаза из орбит от удивления не вылезли.

— Они что, настоящие?

Я надеялся, что настоящие, и не имел ни малейших оснований сомневаться в этом. Взглянув на Фитца, я решил пойти на одну уловку. Если она сработает, это сильно облегчит мне дело. Осложнять его мне было как‑то ни чему.

— Нет, — ответил я. — Фальшивые. Старого воробья на мякине не проведешь. Ты мене понял?

Ом глядел на меня, не моргая.

— Ладно, — усмехнулся я. — Наш синдикат испытывал тебя. И я хотел убедиться, можем ли мы тебе верить.

Вообще‑то я понятия не имел, существует ли в этом города какой‑нибудь тайный синдикат, но придурки вроде Фитца всегда убеждены, что, конечно, существует. Слово «синдикат» подействовало на этого парня так же, как упоминание Высшей Лиги действует на новичка‑болельщика. Фитц сглотнул смену.

— Синдикат? — вымолвил он.

— Да. Мы уже давно не сводим с тебя глаз.

Он был явно в недоумении — радоваться ему по этому поводу или нет.

— И мы поняли, что тебе по плечу более крупные дела.

Он аж просиял.

— По нашему мнению, ты и получать должен по способностям. Не то что Грейди или Банни.

— Да кто они вообще такие? — поспешил согласиться он со мной. — Мелкие бильярдные мошенники.

— Точно. Но у тебя‑то котелок варит.

Очень немногие люди способны высказывать возражения, когда им говорят такое. Фитц кивнул:

— Волей‑неволей станет варить. Без этого сейчас на поверхность не выбиться. — Он уже настолько уверовал в необычайную силу своих куриных мозгов, что отважился на следующий вопрос: — Так это вы должны были забрать у меня чемоданчик?

Я снова улыбнулся ему:

— А что, я должен был произнести пароль или выкинуть еще что‑нибудь в этом роде?

Фитц, закачал головой.

— Нет, что вы? Мне просто позвонили. Я и не знал кто, но тот человек сказал мне, что я должен взять чемоданчик и принести его к себе в комнату. А потом, мол, в ближайшие двадцать четыре часа за ним придут.

Я щелкнул языком.

— Узнаю Джорджа. Вот дает! Получает двадцать тысяч годовых, не считая премиальных, а в мелочах вечно все напутает. Как будто трудно было описать тебе по телефону мою внешность. — Я подхватил чемоданчик и шагнул по направлению к выходу. Затем, будто вспомнив о чем‑то в последний момент, обернулся. — Послушай, ты что сегодня вечером собираешься делать?

— Ничего.

Я показал ему, что напряженно размышляю. Даже стал потирать рукой щеку.

— По‑моему, ты уже вполне готов. Как насчет того, чтобы повидаться сегодня с боссом округа?

Кажется, к этому моменту он с трудом соображал, о чем я толкую: мозги его зациклились на двадцати тысячах годовых, которые получал мифический Джордж.

— Ну да, конечно. Как скажете, сэр.

Я позволил ему взять у меня из рук чемоданчик. Он спускался по лестнице, распираемый гордостью, словно пес, несущий в зубах, газету хозяина. Влезая в мою машину, он одобрительно произнес:

— Классная тачка.

Мысленно он уже покупал себе такую же. Я плавно отъехал от края тротуара.

— Турок живет за городом.

— Турок?

— Наш босс.

— В поместье, наверное? — воображение Фитца работало полным ходом.

— Да. Поля, луга, деревья.

Полет его фантазии уже невозможно было остановить.

— А сколько получает босс?

— Пятьдесят тыщ только от деятельности синдиката, — сказал я и подмигнул ему одним глазом. — Но любой, у кого есть голова на плечах, сможет без труда эту сумму удвоить.

Фитц заулыбался и тоже мигнул мне. Теперь мы с ним были вроде как корешки, оба занимались одним бизнесом.

Поездка наша была приятной. Миль пятнадцать я гнал машину за город, потом пару раз свернул в проселочные дороги и наконец увидел темный такой, уютный лесок.

Я выключил мотор.

— Дальше придется пешком. Проезд к поместью Турка сейчас заново покрывают асфальтом. Ну ничего: здесь где‑то должна быть тропинка прямо к его парадному.

Мы углубились в чащу ярдов на сто, и тут я решил, что пришло время прервать приятные грезы Фитца.

Я шел впереди. Резко обернувшись, я прицелился в него. В темноте он, должно быть, и не разглядел револьвера в моей руке. Я сделал выстрел, и Фитц бесшумно упал на землю. Присев на корточки возле него, я убедился, что одной пули оказалось вполне достаточно.

Затем я вернулся к машине. Гордон решит, что Фитц надул его. То же самое подумает Майк Ниланд о «похитителях» Гордона.

Все, двести тысяч долларов исчезли бесследно. И я единственный человек, который знает, где находятся эти деньги.

 

* * *

 

Вернувшись в город, я пошел в камеру хранения при автобусной станции, выбрал индивидуальный шкаф и запер там чемоданчик. В тот день я славно потрудился и уже склонялся к тому, чтобы отправиться отдыхать.

Но меня преследовала одна мысль: что же теперь предпримет Гордон? Когда до него наконец дойдет, что Фитц слинял вместе с деньгами, — станет ли он так же посылать. Ниланду чьи‑то пальцы в надежде, что тот «отстегнет» ему еще двести тысяч?

И чем больше я над этим размышлял, тем яснее передо мной открывалась перспектива получить с этого дела еще кое‑какую прибыль. А что, если я преподнесу Майку Ниланду эдакий презент — Гордона собственной персоной? Причем со всеми десятью пальчиками на руках? Мне сильно казалось, что Ниланд не должен остаться передо мной в долгу.

Я постарался представить себя на месте Гордона. Итак, я обнаруживаю, что Фитц не явился к Северо‑Западному депо. Что я делаю дальше? О чем думаю? «Неужели Фитц меня надул? Неужели он удрал, прихватив с собой деньги? А может, его схватили люди Ниланда? И обрабатывают сейчас по‑своему, надеясь выбить из него новые сведения?»

Или, возможно, вопреки своей подозрительности, я решу, что Фитцу могла помешать какая‑нибудь мелочь, случайность. Скажем, машина испортилась. Но почему тогда этот кретин не пересел на такси?

Я бы, конечно, кипел, места себе не находил, курил бы одну за другой... Пошел бы я на квартиру к Фитцу? Нет. Это было исключено: слишком рискованно. Там наверняка засели люди Ниланда. С этим ясно. Может, я снова отправился бы к железнодорожному депо? Тоже нет. Какой смысл? Я уже попытался разыскать там Фитца, но безуспешно.

Итак, мне ничего не остается, как снова и снова, раз за разом звонить в депо. И в квартиру Фитца. Принесут ли такие настойчивые звонки какой‑нибудь результат? Этого я не знаю. Просто звонить гораздо лучше, чем сидеть на месте и ничего не делать.

Я опять поехал к дому Фитца и вскоре был в его квартире. Ждать пришлось недолго. Без четверти час телефонный аппарат ожил. Я поднял трубку и произнес:

— Фитц.

На другом конце провода словно бомба разорвалась. Никакого шепота теперь и в помине не было. Мой собеседник готов был лопнуть от ярости.

— Где тебя, черт побери, носит?! — заорал он в трубку.

Я в жизни с Гордоном не говорил, но теперь голову на отсечение готов был дать, что это кричал не он. Это был голос... Мне надо было послушать хотя бы еще чуть‑чуть, чтобы убедиться наверняка.

— У меня тачка забарахлила, — промямлил я.

Тот так и кипел от злости:

— Так какого же дьявола ты не поймал такси?

Я продолжал говорить с ним так, будто у меня рот был набит кукурузными хлопьями.

— Я сначала думал, там дел на пару минут, а потом пришлось повозиться...

Он грязно выругался.

— Чего же ты сейчас торчишь в своей комнате, а?

— Я весь вымазался, приехал домой помыться.

Видеть я его, естественно, не мог, но точно знал: в эту секунду мой собеседник готов был разбить телефонную трубку вдребезги.

— Слушай, ты, пришибленный! — выпалил он. — Отправляйся сейчас же в депо! Ты понял, что тебе сказано? Сейчас же!

Вот теперь до меня окончательно дошло, кто со мной говорит. Это был голос Вэна Кемпа, управляющего «Голубой морены».

— А вы туда приедете? — наивно спросил я.

— Тебя это не должно беспокоить. Все, что тебе нужно сделать, — это поднять свою задницу с места и отправиться куда велено. И потом ждать.

Я положил трубку на рычаги. Для меня теперь не имело значения, приедет туда Вэн Кемп или нет. Если даже и приедет, значит, станет наблюдать за мной с такого места, чтобы оставаться невидимым для меня. Возможно, он собирался звонить мне из своего ресторана в депо, потом хорошенько погонять по городу, периодически созваниваясь, пока не объявится сам.

 

Tags: pulp fiction
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments